С большим трудом собрал полковник И. П. Леонтьев батальоны, высаженные в разных точках Керченского полуострова. Через Семь Колодезей бригада двинулась на запад, прошли Алибай, Акмонай, достигли населенного пункта Киет у самого основания Арабатской Стрелки, то есть того рубежа, у которого остановился наступающий фронт. Командование, видимо, решило не держать моряков на передовой, это дело обычной пехоты, и отвело бригаду в ближайший тыл. В районе Семи Колодезей собрались все батальоны, подошли артиллерийские дивизионы, спецподразделения и тылы бригады. Первым и третьим батальонами бригады командовали по-прежнему А. И. Капран и А. П. Панов; вместо погибшего А. Тарасяна из резерва прибыл капитан Я. Ф. Пиндик; истребительно-противотанковый дивизион вместо погибшего лейтенанта А.Д. Холодного принял лейтенант Мельников.

В поредевшие батальоны прибыло пополнение, тыловики, наладили нормальное питание людей и закончили вооружение батальонов автоматами, пулеметами и ружьями ПТР, а артиллерийских дивизионов — орудиями. Нужно сказать, что бригада недолго стояла на месте, несколько раз ей пришлось сменить место дислокации, ибо войска, занимавшие Керченский полуостров по плану командования Кавказского фронта, утвержденному Ставкой 2-го января 1942 г., должны были перейти в наступление с целью освобождения всего Крыма, а морякам предстояло пробиться к Севастополю. Этим планом предусматривались крупные десанты на берега Крыма, и 83-я бригада морской пехоты готовилась к ним.

Однако случилось так, что противник сам перешел в наступление и выбил наши войска из Феодосии. Фронт удалось стабилизировать на Ак-Монайских позициях. К этому времени 83-я бригада находилась во втором эшелоне 51-й армии и располагалась в районе Алибая (ныне Бранное Поле).

28 января 1942 г. действующие в Крыму три армии — 44-я, 47-я и 51-я — были выделены из состава Кавказского фронта и составили Крымский фронт, с оперативно подчиненными ему Черноморским флотом, Азовской военной флотилией, Керченской военно-морской базой и Севастопольским оборонительным районом. Основная задача вновь образованного фронта — наступательная операция с целью освобождения Севастополя. Этой идеей жили все войска, а уж моряки тем более. Первая операция готовилась около месяца. Было сухо, но, как на беду, 27 февраля, когда все было готово к наступлению, пошел дождь, земля намокла, дороги и поля превратились в жидкую, липкую массу. Но операции из-за погодных условий мы никогда не отменяли, и после артиллерийской подготовки дивизии пошли в атаку.

Поле, идущее вдоль железной дороги, по которой наступала бригада, — ровное, ни кустика, ни деревца, и только у селения Корпечь местность несколько возвышалась, образуя небольшую сопочку-курган, отмеченной на картах, как высота 28,2. У этой высоты развернулись главные события, в которых участвовала 83-я бригада. 1-й батальон капитана А.И. Капрана наступал прямо на высоту. Людей он построил в цепь строго по Боевому уставу: комбат впереди, неподалеку — офицеры штаба. Остальные командиры — впереди своих рот и взводов. Многие в морских фуражках, матросы в бескозырках.

Артподготовка, длившаяся до рассвета, вселяла некоторую уверенность, за спиной гудели моторами танки. Настроение боевое — даешь Севастополь! Моряки шли на святое дело — выручать осажденных в Севастополе товарищей. По морской традиции перед боем одели все новое, что у кого было. Командир взвода управления артдивизиона бригады В. X. Кузьменко, корректировавший огонь своих пушек, вспоминает: «В наступление — в атаку пошла сплошная черная лавина в бушлатах: шинели оставили на исходном рубеже».

На подходе к высоте 28,2 цепи моряков обогнали тяжелые танки. Пехотинцы с радостью побежали по оставляемым ими широким колеям. Однако и танкам трудно, они медленно ползли, спрессовывая под днищами вязкую весеннюю грязь и, наконец, встали. И тут немцы открыли огонь из орудий и минометов. Константин Симонов, бывший в то время военным корреспондентом на Крымском фронте, писал: «Людей на передовой было бессмысленно много. Ни раньше, ни позже я не видел такого большого количества людей, убитых не в бою, не в атаке, а при систематических артналетах... Кругом не было ни окопов, ни щелей — ничего. Все происходило на голом, абсолютно открытом со всех сторон поле».

Батальоны бригады дальше продвигались уже без танков и, в, конце концов, заняли селение Корпечь, неся при этом большие потери не только от артиллерии противника, но и от снайперов, которые буквально выбивали офицеров. Вскоре в цепях стало некому командовать. Вышли из строя по ранению командир батальона капитан А. И. Кагор, командир 3-го батальона капитан А. П. Панов. Его заменил заместитель старший лейтенант М.Г. Поважный. А в 1-м батальоне комбата и заменить было некем. Командир взвода разведки этого батальона Г. П. Бондарь вспоминает: «Из средних командиров остались только помощник начальника штаба младший лейтенант Рубан, пожилой запасник лет сорока, военврач Галина Головацкая и два раненных мл. лейтенанта» — Н. А. Куюмчан и сам Г П. Бондарь — с простреленной грудью. «Потом подъехал еще командир транспортного взвода, — продолжает Г. П. Бондарь, - никто не хотел брать на себя командование батальоном. Целый и невредимый Рубан наотрез отказался — он ничего не смыслит в военном деле, не служил даже кадровую. Головацкая его стыдила — не помогло. Наконец, приняли решение: я — в штабе, держу связь с бригадой, а Куюмчан (раненный в ногу) руководит на поле боя...».

И в других частях бригады потери были тяжелые. Подорвался на мине командир роты 3-го батальона лейтенант Петров, выбыл по ранению начальник связи лейтенант А. П. Казмирчук. Артиллеристы бригады самоотверженно пытались помочь пехоте. 45-мм пушки истребительно-противотанкового дивизиона выдвигали на прямую наводку прямо в боевые порядки батальонов. В этом бою погиб командир дивизиона лейтенант Мельников, его заменил капитан В. А. Стогов.

Дорогой ценой части бригады продвинулись вперед на несколько километров. Отдельным подразделениям и группам наиболее отважных удалось довольно глубоко вклиниться в оборону противника. Но мало кто из них вернулся обратно. К спискам погибших прибавились списки пропавших без вести. Об одном из них все-таки дошла до нас весточка из самой Германии. Там, в опустевшем после прихода наших лагере для военнопленных нашли самодельную тетрадь. Кроме обычных дневниковых заметок, которые вел голодный и больной узник, в ней содержался философский трактат по диалектике. Исследователям удалось установить, что автором удивительной тетради является пропавший без вести 28 февраля 1942 г. морской пехотинец, наш однополчанин Н. А. Артемьев, бывший артист Сталинградского драматического театра. Его записи — яркое свидетельство не сломленной воли мужественного человека частично публиковались в газете «Волгоградская правда» 14 апреля 1977 г.

Для укрепления 83-й бригады - и возмещения потерь, понесенных в февральском наступлении; в части бригады направляли моряков из военно-морских баз и выписывающихся из госпиталей. В начале марта, в распоряжение полковника И. П. Леонтьева из Керченской военно-морской базы прибыл «особый отряд» из числа отличившихся в десанте, высаженном в Феодосийский порт в декабре 1941 г. Отряд насчитывал около 700 человек и не уступал ни одному из батальонов. Поэтому решили не распылять отряд между частями, а сохранить его под названием «БОС» — боевой отряд сопровождения. Так в бригаде появился фактически 4-й батальон, сформированный из отборных людей, мужественных бойцов, побывавших в успешном бою, среди которых было 72 человека, награжденных орденами. Командовал этим отрядом бывший начальник гарнизона Феодосии капитан 2 ранга А.Мельников, комиссаром к нему назначили полкового комиссара В. А. Алексеева. Одной из рот отряда командовал лейтенант В. А. Ботылев, в последующих боях заслуживший звание Героя Советского Союза. Среди старшинского состава можно отметить будущего Героя Советского Союза К. С. Диброва.

На этот отряд командование возлагало особые надежды, поэтому и поставило его на главном направлении нового наступления Крымского фронта, предпринятого в середине марта 1942г. на Керченском полуострове. В этом наступлении 83-я бригада морской пехоты получила задачу прорвать оборону противника в направлении Владиславовки, а в дальнейшем идти на Севастополь.

Едва отгремела артиллерийская подготовка, как моряки бригады поднялись в атаку. Первыми впереди всех шли капитан 2 ранга А. Мельников и его комиссар В. А. Алексеев. С возгласами: «Матросы, за мной, бей фашистских гадов!» — они увлекли свой боевой отряд. Многие сбрасывали на ходу шинели и, оставаясь в одних матросских фланелевках, с неизменными бескозырками, сдвинутыми на лоб, с возгласами «Полундра!» быстро пошли вперед. Противник оказал яростное сопротивление, одним из первых выбыл из строя смертельно раненный полковой комиссар В. А. Алексеев, но это не остановило отряд. Совместными усилиями всех батальонов 83-й бригады Владиславовна была взята в первые же часы боя. Однако закрепиться там не сумели. Командир БОСа был тяжело ранен, впоследствии ему отняли ногу. Погиб в бою его заместитель отважный командир феодосийских десантников майор А. Ф. Айдинов. Смертельно раненного, его вынес из боя на руках старшина 1 статьи Герасимов. Получил ранение и командир бригады полковник И.П. Леонтьев, но из строя не выбыл.

Немцы тем временем подтянули к Владиславовке бронепоезд, действовавший в районе разъездов 94—96 километров, и ввели в бой прибывшую из Франции 22-ю танковую дивизию. Противотанковых средств в бригаде было мало, да и основы общевойскового боя морякам досконально не были известны, но отступали они крайне неохотно. Об этом свидетельствует скорбный список потерь. Только БОС потерял под Владиславовной убитыми 372 человека и 228 краснофлотцев и старшин было ранено.

Потерями закончились бои под Владиславовкой и для других частей бригады. В результате весенних боев 1942 г. бригада лишилась многих испытанных бойцов. В 3-м батальоне был ранен старший лейтенант М. Г. Паважный, и батальон принял капитан Шевчук, но и он вскоре убыл по ранению. В 1-м батальоне был убит комиссар Кущев, погиб комиссар роты ПТР Н. Мостовов, убиты лейтенанты В. Демиденко и В. Котов. Убыли по ранению командир роты разведки бригады лейтенант A. В. Райкунов, командир роты ПТР лейтенант Я. С. Борисенко, командир взвода В. Д. Вишняков, старший лейтенант В. А. Ботылев, младший политрук Д.Ф. Пономарев, капитан П. И. Нижевенко, старший лейтенант Н. Н. Третьяков, лейтенанты: B. А. Фролов, В. Е. Юрков, младшие лейтенанты Н. С. Семичев, Н. А. Абаполов, А. И. Козловский, И. М. Агеев, Н. И. Тиханов, Е. В. Манько, И. И. Пуховский. Из числа старшин и краснофлотцев были ранены в «мартовских» боях Б. А. Богданов, А. С. Донецкий, И. Н. Резанов, Ф. М. Грубов, И. Д. Дубоделов, Г. И. Жаботинокий, А. А. Жмур, М. М. Имизьян, В. Д.Сафронов, А. 3. Чулков.

Среди особо отличившихся в боях на Крымском фронте называли начальника штаба 2-го батальона Н. В. Жернового, мл. лейтенантов Н. А. Куюмчана, Е. Г. Ларикова, в будущем Героя Советского Союза, И. И. Александрова, И. И. Власова, A. А. Снежно, А. П. Кустова, славных медицинских работников бригады Г. Головацкую, 3. М. Левицкую, А. Н. Осинцеву, М. М. Шармину, старшин и краснофлотцев Л. Е. Белоножко, B. Тришкина, Ф.С.Етинова, А.П. Буиреева, Н. И. Нестеревко, О. В. Дыкова, О. Я. Константинова, И. И. Эльманина, П.Б.Васина, И. Е. Березовского, М. Н. Комаровцева, Д. М. Слепченко, К. И. Сущего, К.И.Шумары, И. П. Ятченко, военфельдшера Л. В. Обрезковой, Г. Ф. Ковалева.

Измотанные и уставшие после неудачных попыток прорваться к Севастополю, три армии Крымского фронта — 44-я, 47-я и 51-я — в конце марта перешли к обороне, однако продолжали готовиться к наступлению вглубь Крыма. Части 83-й бригады морской пехоты, выведенные во второй эшелон 51-й армии, Располагались в 34 километрах от линии фронта на берегу Азовского моря и занимались подготовкой к высадке десанта со стороны Сиваша. Морские пехотинцы тренировались на шлюпках и баркасах, предоставленных им моряками Азовской флотилии. По соседству располагалась кубанская кавалерийская дивизия генерала В. И. Книги и тоже готовилась к наступлению. Об обороне не думали, ни окопов, ни щелей не копали.

Новое наступление войск Крымского фронта предполагалось начать 9 мая 1942 г. Тем неожиданней оказался внезапный удар немцев, нанесенный 8 мая на узком участке фронта близ побережья Черного моря. Противник прорвал фронт на стыке 44-й и 47-й армией, его подвижные силы, пехота с танками, на следующий день были уже в тылу всех трех армий Крымского фронта.

8 мая 83-я бригада морской пехоты получила распоряжение командующего армией генерал-лейтенанта В. Н. Львова спешно выдвинуться к месту прорыва. Пешим маршем, по голой холмистой степи приближались моряки к наступающим группировкам противника. А навстречу им, поднимая тучи пыли, шла многотысячная масса отступающих войск. Все они готовились только к наступлению, к обороне были совершенно не готовы, и теперь этой плотной группировке войск грозило полное окружение, ведь противник уже громил их тылы. А над этой почти беспомощной людской рекой летали немецкие самолеты, бомбили, стреляли из пулеметов и, чтобы поиздеваться, бросали колеса, пустые бочки и разный хлам на головы отступающих.

Зная заранее расположение штабов, немецкая артиллерия и авиация в первую очередь обрушили на них тонны металла. На своем наблюдательном пункте на высоте 52,9, именуемой гора Кончи, погиб командующий 51-й армией генерал-лейтенант В. Н. Львов. Связь бригады со штабом армии оказалась нарушенной, и поэтому полковник И. П. Леонтьев, видя общий отход войск, после стычки с противником у селения Кашай повел бригаду на восток вдоль побережья Азовского моря. Этим маневром он умело вывел бригаду из-под удара рыскавших по степи подвижных группировок противника и, укрываясь за солеными водами Акташского озера, по маршруту Красный Кут, Зеленый Яр привел ее к Керчи.

Лишь немногие соединения, проявляя высокую дисциплинированность и боеспособность, оказались в распоряжении действовавшего здесь командного пункта штаба фронта. К их числу принадлежала и 83-я бригада. Часть ее для прикрытия эвакуации Керчи была выдвинута на рубеж у деревни Марфовка. В составе этого заслона находился взвод лейтенанта Е. Г. Ларикова. На его участке были отрыты траншеи в полный рост. Под руководством командира роты И. И. Копытненко моряки держали оборону до 13 мая, пока не получили приказание отойти в направлении Султановка - Багерово.

С 14 мая бригада держала оборону на рубеже холмистых высот-курганов. здесь же находилась вся артиллерия — 76-мм пушки артдивизиона капитана Низюка и 45-мм пушки истребительно-противотанкового дивизиона капитана В. А. Стогова. На этом рубеже батальоны бригады сражались несколько дней, а потом отошли к Керчи. О тех днях документальных свидетельств осталось очень мало, тем ценнее для нас каждое слово. Герой Советского Союза военный журналист С. А. Борзенко в книге «Политотдельцы» пишет о 83-й бригаде: «8-го мая 1942 г. бригада была брошена в пекло. И не вина ее командира, что мы безрассудно потеряли Керченский полуостров. Полковник Леонтьев лично совершил не один подвиг. В районе Аджимушкая он прямой наводкой из брошенных зенитчиками пушек подбил несколько вражеских танков и сам был смертельно ранен», — это он пишет со слов начальника штаба 1-го батальона бригады И. В. Жернового.

Сам же Иван Васильевич Жерновой рассказал: «...Полковник Леонтьев своим видом, своей невозмутимостью показывал пример. Последний раз я видел комбрига на рассвете 14 мая. Он вызвал меня и сказал: «Вот, что, лейтенант: немедленно ставь весь батальон в заградотряд. Видишь, сколько народу, не сопротивляясь, бежит к переправе?». И. В. Жерновой рассказал, как моряки бессменно выполняли свои новые необычные обязанности. Паникеров останавливали, довооружали и ставили на позиции.
Рядом с позициями бригады находился поселок Аджимуш-кай, недалеко рушились от взрывов стены завода имени Войкова. На этом рубеже смертельно бился и с паникерами, и с вражескими автоматчиками комиссар бригады В. И. Навознов. Имеются сообщения, что там он и погиб.

О последних минутах полковника И. П. Леонтьева И. В. Жерновой в своем письме написал так: «На подходе к переправе стояли брошенные артиллеристами зенитные орудия. Полковник Леонтьев подошел к одному из них и начал бить по немецким танкам. Вскоре он был ранен и умер возле переправы». Его жена Евгения Осиповна Леонтьева получила извещение, что «пропал без вести». Ее навестили некоторые участники событий. Сообщения были самые противоречивые: кто-то видел, как в катер, на котором полковника Леонтьева переправляли на Таманский берег, попала бомба; кто-то видел, как его, окровавленного, несли на носилках. Один из посетителей утверждал, что видел полковника живым 20 мая, что, отправляя его на кавказский берег, полковник Леонтьев сказал: «Передай на том берегу, что мы не отступим!». Так это или нет, но несомненно то, что полковник сдержал слово. Его гибель с болью восприняли все продолжавшие борьбу морские пехотинцы.

А силы бригады, между тем, таяли. Погибли, сражаясь до конца, начальник политотдела батальонный комиссар П. С. Кабан, начальник штаба бригады майор В. Н. Андреев, начальник инженерной службы капитал Михайлов, начальник связи капитан Цыганов, командир 2-го батальона капитан Я. Ф. Пиндик.

Храбро сражались артиллеристы бригады. На последние рубежи обороны под Керчью они прибыли не в полном составе: часть пушек была потеряна в дни обороны на других рубежах и во время налетов авиации противника. В последнем бою с вражескими танками погибли командир артиллерийского дивизиона капитан Низюк и начальник штаба дивизиона лейтенант Г. Л. Пивоваров, замечательный скульптор, автор монументальных скульптур на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке в Москве, скульптурных портретов А. С. Пушкина, И. Франко, Т. Шевченко, А. Довженко. Работы Пивоварова хранятся в Киевском музее украинского искусства, Украинская Советская Энциклопедия посвятила ему специальную статью.

9 мая отдельный истребительно-противотанковый дивизион бригады получил приказание срочно перейти в полосу 44-й армии, где действовали основные танковые силы врага. Выполняя это распоряжение, командир дивизиона В. А. Стогов прикрывал отход наших частей на рубежах у Семи Колодезей, в районе Мариенталя и Красной Султановки. При общем отступлении была потеряна связь с 1-й и 2-й батареями, судьба их осталась неизвестной. 13 мая капитану Стогову и офицерам управления дивизиона удалось собрать группу бойцов своего дивизиона в количестве 25 человек, к ним присоединились люди из минометного дивизиона бригады и штаба. Все были крайне переутомлены, многие имели легкие ранения, контузии. По мере продвижения к Керчи к группе капитана В. А. Стогова присоединились многие морские пехотинцы, отставшие от других частей 83-й бригады. В Керчь прибыли с ним не менее ста человек. Явились в горком ВКП(б), но и там о местонахождении штаба бригады ничего не знали.

Шла подготовка к уходу в Аджимушкайские каменоломни, говорили, что там имеются запасы продуктов и боеприпасы. Но капитан Стогов повел свою группу на переправу у Еникале. Там он поступил в распоряжение штаба 44-й армии и с ней переправился через Керченский пролив. В Темрюке они нашли штаб 83-й бригады морской пехоты, который возглавлял начальник строевого отделения майор М. М. Янчук. Вслед за Стоготовым в распоряжение майора М. М. Янчука прибыла с Керченского полуострова группа артиллеристов и примкнувших к ней морских пехотинцев других частей бригады во главе с военным инженером 3 ранга Е. А. Барановским. Туда же привел выведенных им бойцов начальник штаба 1-го батальона лейтенант И. В. Жерновой, прибыли командир роты этого батальона лейтенант И. Копытненко и другие морские пехотинцы. О судьбе командира и комиссара бригады, всех трех командиров батальонов они мало что знали.

Многие из них до сих пор считались бы пропавшими без вести, если бы не отыскался след нескольких офицеров бригады в легендарной истории обороны Аджимушкайских катакомб. Не исключено, что в катакомбы спустились те, кто сражался рядом с полковником И. П. Леонтьевым и комиссаром бригады В. И. Навозновым, ибо место их гибели или, во всяком случае, одного из последних боев, находится в непосредственной близости от входа в каменоломни, где на несколько месяцев образовался подземный фронт. Этот фронт в Аджимушкайских каменоломнях держали подразделения 1-го полка резерва командного состава Крымского франта, кавалеристы 193-го полка 72-й Кубанской кавалерийской дивизии, морские пехотинцы 83-й бригады, пограничники, воины железнодорожного батальона, курсанты, прибывшие из военных училищ (см. Щербак С. М. «Боевая слава Керчи», с. 47).

Одним из батальонов созданного в катакомбах полка командовал командир 3-го батальона 83-й бригады морской пехоты капитан А. П. Панов, его заместителем был командир 1-го батальона бригады капитан А. И. Капран, начальник связи из 1-го батальона 83-й бригады лейтенант А. П. Казмирчук принял радиостанцию подземного гарнизона, с которой дал известную теперь всему миру радиограмму о том, что подземный гарнизон душат газами, но он не сдается. В Малых каменоломнях одним из организаторов обороны был заместитель командира 3-го, батальона 83-й бригады старший лейтенант М. Г. Поважный, ему довелось одним из последних покинуть подземную крепость. «Красная звезда» 7 декабря 1990 г. сообщила: «30 октября 1942 г. фашисты подтянули к Малым каменоломням автомобили с динамо-машинами, осветившими штольни, и захватили трех окончательно обессилевших защитников крепости. В их числе был и Поважный». Таким образом, одному из наших однополчан выпала честь быть участником всего периода почти полугодовой подземной обороны — подвига, которым поражается весь мир.

В мае 1990 г. около тридцати защитников Аджимушкайских каменоломен были удостоены государственных наград посмертно. Наших однополчан в этом почетном списке, к сожалению, мало, хотя их активное участие в обороне и героическая гибель не вызывают сомнений. В найденном в катакомбах дневнике упоминаются имена капитана А. И. Катрана, капитана А. П. Панова, а в Малых каменоломнях найдена кандидатская карточка старшего лейтенанта М.Г. Поважного, выданная ему 2 августа 1942 г. на третьем месяце борьбы под землей. Автор дневника связывается с именем младшего лейтенанта Александра Ивановича Трофименко из 83-й бригады морской пехоты.

Бои на Керченском полуострове в мае 1942 г. для 83-й бригады окончились трагически, большая часть морских пехотинцев, до последнего патрона прикрывавших переправу, погибла. Очень немногих раненых удалось эвакуировать через пролив, часть раненных, обессиленных, не имеющих больше боеприпасов морских пехотинцев фашисты захватили в плен. Оказавшись в неволе, моряки 83-й бригады продолжали борьбу. Многие совершали побеги и уходили в партизаны, а командир взвода лейтенант Н. И. Масленников, находясь в фашистском лагере смерти Освенцим, вступил в подпольную организацию Сопротивления, бежал из лагеря, перешел линию фронта и вернулся в строй. В послевоенное время он написал книгу «Смерть победившие», трижды издававшуюся в нашей стране. За активное участие в движении Сопротивления Николай Иванович Масленников награжден орденом Красной Звезды.

Успешный побег из лагеря военнопленных совершил захваченный в плен на Керченском полуострове комиссар батареи артдивизиона 83-й бригады политрук А. Д. Матвеев. Ему удалось вернуться в строй. За отличие в последних боях он был награжден орденом Отечественной войны и медалью «За отвагу». Рядовой Я. У. Кусенко будучи раненным оказался во Франции, освобожден американскими войсками, вернулся на. Родину.

 



Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна